Идея этого продукта родилась дома. Моя жена работает врачом в клинике Фомина (известная московская клиника), и однажды она рассказала мне вещь, к которой я был не готов: российские клинические рекомендации (КР) в среднем отстают от международных гайдлайнов на два года. Это не просто задержка во времени — это отставание в методиках, дозировках и качестве ухода за пациентом.

И дотянуться до свежих международных гайдов российскому врачу сейчас почти негде: UpToDate отрезан, обходы через зарубежные SIM-карты прикрыли (разве что опытные айтишники знают пути обхода), Notion ушёл — а вместе с ним разлетелись по чатам и заметкам рабочие шаблоны, которые врачи годами в нём вели.

Когда жена это рассказала, мы взяли тему в работу как обычную задачу: гипотеза, интервью с врачами, валидация, MVP на нашей платформе. Так получился МедБро — бесплатный справочник, который рядом с международной рекомендацией сразу показывает соответствующую позицию из российского КР. Работает на medbro.pro, есть Android-сборка, iOS на модерации App Store. Сейчас продукт в режиме альфа-тестирования: загружено около 80 гайдлайнов, к 30 мая планируем закрыть основные специальности и выкатить личный кабинет врача с закладками.

В статье разберу четыре конкретные боли врача, ту самую функцию, ради которой во многом и затевался продукт, и то, как мы построили под неё граф клинических знаний.

Проблема: четыре боли, которые видны только изнутри клиники

Гипотеза от жены была простой: «врачам трудно с гайдлайнами». Дальше мы провели серию интервью с практикующими врачами разных специальностей и из этой одной фразы вытащили четыре разные боли. Перечисляю по убыванию остроты.

1. Международная экспертиза почти недоступна

По опросам Synovate Comcon (2015) и «Справочника врача» (2019), от 83 до 92% российских врачей не пользуются англоязычными медицинскими источниками. Дело не в лени. Пятнадцатиминутный приём не оставляет места на чтение 80-страничного документа на чужом языке.

Сами международные гайдлайны разбросаны по сайтам отдельных сообществ: ESC в кардиологии, NCCN и ESMO в онкологии, ADA в эндокринологии, NICE и WHO для общих вопросов. Часть материалов лежит за paywall. UpToDate с 2022 года недоступен из РФ напрямую (отмена приёма российских карт + блокировка по IP), обходные пути работают нестабильно. В 2025 появился российский аналог — IMDgo, но он только набирает базу.

В итоге врач знает, что свежий гайдлайн где-то существует, но дотянуться до него стоит времени, которого на приёме (да и после) нет. Ещё и языковой барьер

2. Российские КР отстают — но неравномерно, и по нескольким позициям не догоняют вовсе

Лаг между международными гайдлайнами и российскими КР неравномерный. По одним позициям он составляет 2–3 года, по другим российские КР даже опережают международные (так было со SPRINT-обоснованным целевым АД). Но в актуальной редакции есть конкретные позиции, которые ESC уже принял как Class I, а КР-62 ещё нет. Например, по артериальной гипертензии: ESC 2024 для пациентов с высоким сердечно-сосудистым риском (≥10% за 10 лет) ввёл порог инициации фармакотерапии 130/80 мм рт. ст. как Class I; КР-62 2024 эту позицию не воспроизводит, оставляя её на уровне IIb (только при очень высоком риске и наличии ИБС). Полная хронология этих и других расхождений — дальше в разделе про продукт.

Для врача это два разных режима ответственности. Лечит по КР: формально прав, но по части новаций работает с задержкой. Лечит по ESC: данные актуальнее, но в случае разбирательства придётся объяснять, почему он отошёл от обязательных российских рекомендаций. И тут второй слой проблемы: ФЗ-489 от 25.12.2018 запустил поэтапный переход к обязательному применению клинических рекомендаций, и с 1 января 2025 все КР Минздрава обязательны. Юридический риск из «рамочного» стал конкретным — нарушение КР используется в делах по ст. 109 ч. 2 и ст. 118 ч. 2 УК (ятрогенные преступления) как доказательство.

3. Коморбидность: гайдлайны противоречат, врач один

С одним диагнозом врач легко удерживает протокол в голове. Когда диагнозов три (например, артериальная гипертензия + СД2 + хроническая болезнь почек C3), четыре актуальных гайдлайна/клинрека дают четыре разных целевых уровня систолического АД:

Часть противоречия методологическая: <120 мм рт. ст. по SPRINT-методике приблизительно соответствует <130 по обычному офисному измерению. Но даже после этой поправки три из четырёх позиций расходятся, и врач должен сам выбрать, по какой жить на этом конкретном пациенте. Ассистента, который сопоставит все схемы и подсветит, где конкретно противоречия, у врача нет, и задача превращается в многомерный поиск по нескольким PDF (поиск клинических случаев).

4. Хранилище и UX: «Если пациент подумает, что врач гуглит — доверие потеряно»

Это прямая цитата из интервью. Раньше многие врачи держали свои рабочие шаблоны (типичные назначения, чек-листы, формулировки в карту) в Notion. В сентябре 2024 Notion ушёл из России (объявлено 26 августа, отключение 9 сентября — последствия санкций США), и шаблоны разлетелись по заметкам, Word-файлам и чатам с коллегами в ТГ/почте.

Параллельно проявился жёсткий UX-критерий, который мы услышали в нескольких интервью почти дословно: интерфейс не должен быть похож на Google. Пациент через плечо видит синюю поисковую строку и ленту результатов и считывает это как «врач не знает, гуглит». Доверие падает мгновенно.

Всё это совпало во времени с двумя сдвигами: КР стали обязательными (регуляторное окно), а привычная инфраструктура — недоступной (санкции и уход сервисов). В этом окне мы и собрали продукт.

За продуктом стоит команда МедБро: Азамат Гиззатуллин (CEO), Тимур Курмаев (frontend/архитектура), Ольга Заречная (Product) и врач-эксперт Лилиана Гиззатуллина. Мы делаем инструмент, который помогает врачу быстрее находить и сравнивать релевантные рекомендации — без потери контекста и времени.

Что на самом деле нужно врачу: конспект, дозировки, расхождения

Из интервью стало ясно: врачу не нужен 80-страничный гайдлайн целиком. Ему нужны три вещи, между которыми он переключается прямо во время приёма.

Саммари на русском

Структурированный конспект гайдлайна: диагностика, лечение, дозировки, целевые показатели. Источники — ESC, AHA, NICE, NCCN, ESMO, ADA, WHO. Каждое саммари вычитано практикующим врачом и помечено датой верификации. Сейчас в базе около 80 верифицированных гайдлайнов; выбирали те, с которыми врачи на приёме сталкиваются чаще всего, к концу мая закроем основные специальности.

Расхождения с российским КР

Это та самая функция, ради которой во многом и затевался продукт. Для каждой нозологии мы рядом с международной рекомендацией показываем соответствующую позицию из российского КР и маркируем светофором: зелёный значит совпадает, жёлтый — различие в акцентах, красный — существенное расхождение. Красная точка работает как сигнал «прочитай и обоснуй»: врач сам решает, чем руководствоваться на этом конкретном пациенте, и должен быть готов это объяснить.

Конкретный пример — хронология ключевых обновлений по артериальной гипертензии:

Такую таблицу врач за 30 секунд просматривает глазами и понимает, по каким именно позициям он сейчас работает с задержкой, а по каким — наравне или даже впереди. Без сравнения он читает два документа подряд и держит разницу в голове.

Конспект для копирования в карту

Выжимка только из назначений: анализы, препараты, дозы, контроль. Одна кнопка — и текст уходит в буфер обмена, врач вставляет его прямо в электронную медкарту. Это тот режим, который раньше закрывал Notion: рекомендации не пишутся с нуля каждый раз, копируется выверенный шаблон.

Интерфейс, который не похож на Google (надеюсь)

Когда мы поняли UX-требование «не как Google», мы отказались от больших поисковых строк, лент сниппетов и автодополнений. Главный экран минималистичный: одно поле, врач вводит МКБ-код или название диагноза в любой форме, под капотом работает семантический поиск. Никакой регистрации, никакого онбординга. Открыл и работаешь. Дизайн ближе к референсам справочников Vidal и UpToDate, чем к поисковикам.

Внутри страницы гайдлайна два таба, «Полный» и «Конспект», sidebar с разделами, отдельный блок расхождений, таблица дозировок с международными непатентованными названиями. Кнопка «Поделиться» делает то самое: уносит конспект в буфер.

AI-ассистент: для коморбидности и тонких вопросов

Поверх всей базы работает диалоговый ассистент. Врач задаёт вопрос (например, «как вести гипертонию у пациента с СД2 и сниженной СКФ») и получает ответ со ссылками на конкретные параграфы конкретных гайдлайнов. Сюда же планируем интегрировать API Perplexity для поиска клинических случаев.

Каждый ответ маркирован «AI, не верифицирован»: мы намеренно не подменяем эксперта и не претендуем на статус системы поддержки принятия решений. Доступен голосовой ввод и синтез речи. Сценарий «между пациентами, руки заняты» закрывается без клавиатуры.

Границу мы держим жёстко, работают кастомные Guardrails через Litellm: МедБро остаётся справочником и не претендует на статус СППР. Данные пациента мы не обрабатываем, назначения не подсказываем. Платформа умеет ставить фильтры на исключение передачи персональных данных, но в текущем сценарии никаких пациентских данных в систему и не попадает: врач просто читает гайдлайн.

Mobile: там, где нет компьютера

Десктоп остаётся основным workflow: заключение печатается с рабочего компьютера, и режим «Конспект» оптимизирован под копирование в МИС. Но между пациентами и на обходе компьютера нет, есть телефон. Поэтому есть и мобильное приложение (Expo / React Native), и оно закрывает сценарии, до которых web-PWA не дотягивается: нативные push-уведомления, native share sheet (отправить гайд коллеге в Telegram), lazy-offline (что врач открыл, остаётся доступно без сети для стационаров с проблемным Wi-Fi).

Причина в природе данных. В медицинских гайдлайнах смысл живёт в связях между сущностями. Текст — лишь форма, в которой эти связи описаны. Возьмём спиронолактон как четвёртый препарат при резистентной артериальной гипертензии: ESC 2024 даёт ему класс IIa, Level B (нужны новые РКИ по сердечно-сосудистым исходам), а КР-62 2024 ставит ту же позицию на класс IB (УУР А, УДД 1) — на ступень выше. RAG, который ищет по тексту, найдёт оба фрагмента, но не сможет надёжно показать, в чём именно расхождение: для этого нужно сопоставить структурированные сущности (препарат, показание, класс рекомендации, уровень доказательности, источник), а не куски текста.

Поэтому мы построили продукт поверх графа клинических знаний. Это тот же графовый движок, на котором у нас уже работал поиск по корпоративной документации в одном крупном промышленном заказчике; мы доработали его под медицинскую онтологию, ядро не трогали.

В графе четыре основных типа узлов: гайдлайн, нозология (по МКБ-коду), препарат (по МНН) и российский клинрек. Между ними три типизированных ребра: TREATS (препарат лечит нозологию, с дозами и условиями), RECOMMENDS (гайдлайн рекомендует препарат, с классом и уровнем доказательности) и DIFFERS_FROM — то самое ключевое ребро, где у нас живёт сравнение позиций ESC и российского КР: обе формулировки, оба класса рекомендации, тип расхождения (severe / minor / equivalent), цитаты-обоснования и ссылки на исходные пункты.

Когда врач смотрит на нозологию «артериальная гипертензия», система не собирает ответ из текстовых чанков. Она проходит по рёбрам DIFFERS_FROM от ESC к КР-62 и показывает таблицу различий, в которой каждое поле ведёт на конкретный параграф с цитатой. Если данных не хватает, это видно сразу: нужного ребра в графе просто нет. Без галлюцинаций «по мотивам».

AI-ассистент работает поверх того же графа в режиме Graph RAG: запрос врача переводится в обход подграфа, и LLM получает на вход структурированный путь по графу вместо привычных «топ-10 чанков по косинусной близости». На выходе получается ответ, в котором каждое утверждение подкреплено цитатой и ссылкой на источник.

Контентный пайплайн устроен так: исходные гайдлайны парсятся, материал структурируется по онтологии, врач-куратор валидирует каждое саммари, и только после этого факты попадают в граф. Шаг с куратором самый дорогой и пока главное узкое место. На выходе у каждого утверждения есть автор-верификатор и дата. В медицинском контексте источник важнее, чем формулировка.

Стек и интеграция

Бэкенд написан на FastAPI, граф лежит в Memgraph (выбрали за совместимость с Cypher и низкие латентности на наших объёмах). Web мы пишем на React SPA с assistant-ui. Mobile собран на Expo с Hermes-движком. Общий контракт между web и mobile генерируется через Orval по OpenAPI-спеке: одни и те же типы не плодим руками в двух местах.

Поверх API мы реализовали AG-UI, открытый протокол стриминга агентских ответов. Практическая выгода: МедБро подключается как обычная модель в OpenWebUI, LiteLLM и любом AG-UI-совместимом фронтенде. Клиника или дистрибьютор может встроить ассистента в свой портал, не дожидаясь от нас отдельной интеграции. Для нас это ещё и страховка от vendor lock-in: если завтра появится более удобный фронтенд, мы не платим за миграцию пользователей.

Объяснимость и безопасность в медицине нельзя сдвинуть. У каждого ответа ассистента есть вшитая цитата и ссылка на источник в графе. В интерфейсе ответ помечается «AI, не верифицирован», и пользователь видит, на какой гайдлайн опиралась модель. Платформенные фильтры на ПДн настроены так, чтобы потенциально пациентские данные не уходили во внешние модели. В текущем сценарии (справочник без поля «введите данные пациента») этот контур скорее страховочный, чем рабочий.

Что есть сейчас

Около 80 верифицированных гайдлайнов, web на medbro.pro, Android APK, iOS на модерации App Store. Для врача всё бесплатно и без регистрации — это сознательная позиция, текущий этап про распространение и сбор обратной связи. Платным планируем сделать разве что поиск через Perplexity — он сильно поднимает себестоимость. А так - полностью социальный проект. Продукт в альфа-тестировании: к 30 мая закроем основные специальности и выкатим личный кабинет врача с закладками. B2B подписки для клиник появятся позже, когда мы доберём базу и закроем юридические вопросы.

Что я вынес из этого формата работы: превращение прототипа в продакшен — это в первую очередь вопрос платформы. Мы не собирали граф знаний с нуля; взяли движок, который уже работал на корпоративных кейсах, и переписали онтологию под медицину. Когда переиспользуются граф, контентный пайплайн с верификацией куратора, AG-UI-слой и связка web/mobile через один OpenAPI-контракт, с нуля остаётся написать только онтологию предметной области и интерфейс под конкретного пользователя.

Что планируем дальше: к 30 мая — закрыть основные специальности и выкатить личный кабинет врача с закладками. После — оффлайн-режим, push-уведомления о новых гайдах по специальности, юридический контур (copyright на тексты гайдлайнов — отдельная история), пилоты с клиниками.

Если коротко, два тезиса.

Первый: врач не пользователь продукта, а его соавтор. UX-критерии вроде «не должно быть похоже на Google» или «desktop-first для печати заключений» невозможно выдумать в кабинете — они приходят только из живых интервью, и именно такие детали отделяют рабочий инструмент от очередного «AI для врачей».

Второй: текстовый RAG ломается там, где смысл закодирован не в словах, а в связях между сущностями. Медицинские гайдлайны — почти идеальный кейс для графа: сущностей конечное число, рёбра типизируются, ценность ответа измеряется точностью цитаты, а не складностью текста.

Если вы врач, зайдите на medbro.pro, вбейте код или название нозологии, с которой регулярно работаете, и посмотрите блок расхождений с российским КР. Что-то покажется неточным — напишите через форму обратной связи, мы читаем всё и правим быстро. Готовы пилотировать справочник в клинике — расскажите, мы открыты.

Все цифры по аудитории и доле читающих на английском взяты из открытых источников и интервью с врачами. Ссылки на конкретные гайдлайны и КР доступны прямо в интерфейсе на каждой странице МедБро.