Первая часть этой статьи рассказала о том, почему архитектура x86 на протяжении почти полувека оставалась безальтернативным стандартом для серверов, мощных ноутбуков и персональных компьютеров, какие фундаментальные проблемы накопились за годы ее существования и каким образом Apple удалось сдвинуть стагнирующую индустрию с мертвой точки. 

В продолжении материала — о том, как свежий взгляд инженеров из Купертино подстегнул других крупных игроков рынка пересмотреть подходы к проектированию чипов и как это повлияло на мировую отрасль вычислений.

Мобильная архитектура рвет рынок

После выхода Apple M1 стало окончательно ясно, что многолетняя гонка x86 за более высокой производительностью ценой повышения частот и энергопотребления зашла в тупик. Оказалось, что процессор может одновременно быть быстрым, тихим, холодным и автономным почти без компромиссов. С этого момента весь рынок был вынужден пересмотреть подход к разработке микрочипов.

Но тут надо сделать важную оговорку: до появления Apple Silicon попытки были, но с совсем другим подходом. Например, ОС Microsoft Windows on ARM развивалась с начала 2010-х, Qualcomm делала ARM-процессоры для ноутбуков за несколько лет до выхода M1. Но проблема заключалась в том, что это были мобильные процессоры, которые пытались адаптировать для работы в портативных компьютерах.

Такой подход позволял добиться рекордной автономности, только вот ценой низкой производительности, поэтому о конкуренции с классическими x86-системами не шло и речи. Архитектура ARM воспринималось как нечто, созданное для сверхтонких ультрабуков, которые выполняли только легкие офисные задачи.

У Apple был другой путь. Вместо того, чтобы переносить мобильный процессор в ноутбук, она разработала принципиально новую SoC-микроархитектуру, изначально учитывающую жесткие ограничения в энергопотреблении. По этой причине M1 стал не просто очередным компромиссным ARM-чипом, а первым решением, на практике доказавшим, что RISC способна конкурировать с топовыми x86-чипами без скидок на класс архитектуры.

И первые из тех, кого вдохновил успех Apple M1, — компания Qualcomm. Она полностью пересмотрела собственную стратегию и начала все с нуля. 

Qualcomm: «Дашь списать?»

В 2021 году Qualcomm приобрела стартап Nuvia, основанный бывшими ведущими инженерами Apple — участниками разработки процессоров серии A. Их наработки легли в основу новой микроархитектуры Oryon, которая в отличие от предыдущих поколений чипов Snapdragon изначально проектировалась как решение для персональных компьютеров, а не мобильных устройств.

Так появился Snapdragon X Elite — первая попытка Qualcomm повторить успех Apple. Высокая производительность на ядро, минимальное энергопотребление, единая SoC-архитектура и мощный нейронный ускоритель для локальных моделей ИИ.

С технической точки зрения, Qualcomm сделала все верно. В однопоточных задачах X Elite вплотную приближался к процессорам Apple, а в многопоточных сценариях даже обгонял их. При этом большинство ноутбуков на его базе непрерывно работали до 15–20 часов, что сопоставимо по энергоэффективности с устройствами Apple.

Несмотря на все это, коммерчески успешным проектом X Elite не стал, и причина тому — софт. Дело в том, что X Elite разрабатывался для ARM-версии Windows. Она нативно поддерживала RISC-команды, но все еще оставалась лишь незначительным ответвлением от классической ОС Microsoft. Говоря проще, никто не собирался полностью переводить Windows на рельсы ARM, а значит, стандартный x86-вариант сохранял бы главенствующие позиции в долгосрочной перспективе. 

В таком разрезе у независимых разработчиков не было никакого стимула переписывать свои программы для ARM, достаточно было воспользоваться «костылем» Prism — транслятором команд x86 для RISC. Тратить деньги и время на софт для крайне нишевой платформы никто особо не хотел.

У Apple был совершенно другой подход. Это прежде всего софтверная компания, о чем не раз говорил Стив Джобс. Проектирование чипов — только один из векторов ее развития, который идеально лег на фундамент в виде колоссального опыта программирования ОС, приложений, драйверов, компиляторов и инструментов разработки. В совокупности это создавало единую экосистему с четким централизованным контролем, где программная часть и железный фундамент работают в синергии.

Решающим фактором являлось и то, что Apple — крупнейшая корпорация с огромным рыночным влиянием, что позволило ей принять ряд смелых, жестких решений. 

Ключевое из них — подход к совместимости со старым x86-софтом, и в частности Механизм Rosetta 2, который транслировал команды x86 для ARM. Он выступал исключительно как временный переходный слой, позволяя запускать уже существующие приложения, пока рынок смещается в сторону нативных версий для Apple Silicon. Другими словами, полный отказ от поддержки x86 был вопросом времени, а значит, разработчики либо писали код для новой операционки, либо неизбежно оставались без большого куска рынка. 

Таким образом сама структура macOS, которая была полностью переделана для нативной работы с ARM, стала прозрачной дорожной картой не только для непосредственно платформы, но и для всех, кто так или иначе участвовал в развитии новой экосистемы. Все четко понимали к чему и какими темпами идут. Сегодня, спустя шесть лет, macOS 27 Golden Gate не поддерживает ни один из имеющихся x86-процессоров Intel и работает только с чипами Apple Silicon. Несмотря на такие радикальные изменения, для пользователей macOS и устройств, построенных на базе Apple Silicon, переход к новой архитектуре оказался максимально бесшовным и незаметным.

Nvidia RTX Spark: революция уже здесь?

Итак, 2025 год, вслед за Qualcomm к лиге ARM примыкает Nvidia. Компания представила компактный настольный компьютер для разработчиков ИИ — DGX Spark. Он работал под управлением Linux, а под капотом трудился ARM-чип N1X. 

Его архитектура крайне необычна. По сути, это SoC или система на кристалле, где на одной подложке расположены 20 процессорных ARM-ядер, а рядом распаян чип Blackwell с 6144 CUDA-ядрами, 48 SM-блоками и 192 тензорными ядрами, что по конфигурации графических блоков близко к настольной видеокарте Nvidia RTX 5070. Общаются процессорные и графические блоки при помощи высокоскоростного моста NVLink C2C с пропускной способностью порядка 600 ГБ/сек и вместе получают доступ к объединенной памяти объемом 128 ГБ.

Подход во многом напоминает Apple: единая, неразрывная система на кристалле, в центре которой ARM-чип, а рядом графика и память, к которой не надо тянуться через отдельную сравнительно медленную шину, как это делают компоненты в классическом x86-ПК. В результате общая пропускная способность выше, а задержки и энергопотребление ниже.

В 2026 году Nvidia решила пойти еще дальше: совместно с Microsoft и десятком вендоров, среди которых ASUS, Lenovo, HP, Dell и другие, анонсировала новую платформу для ноутбуков — RTX Spark. В ее недрах — тот же N1X, но на этот раз адаптированный для работы с ОС Windows. 

Другими словами, Nvidia попыталась перенести ключевые архитектурные принципы своих ИИ-систем в обычный ноутбук. Но зачем, если балом уже правит Apple?

Причина — графика. У Apple она достаточно мощная и в современных M-чипах доходит до уровня дискретной видеокарты Nvidia RTX 4070, однако macOS до сих пор имеет фундаментальные проблемы с поддержкой игр. У Qualcomm графическое ядро намного проще, поэтому серьезные задачи 3D-рендеринга не для него. А вот Nvidia, наоборот, построила весь свой бизнес на 3D-ускорителях, для которых отлично оптимизировано подавляющее число игр и вокруг которых выстроена практически вся отрасль, связанная с ИИ.

Именно на это Nvidia и ставит. Компания анонсирует не просто серию очередных ARM-ноутбуков, а революционную платформу, которая будет энергоэффективной, сможет запускать современные игры с высоким фреймрейтом и, главное, трансформирует пользовательскую парадигму взаимодействия с компьютером в целом.

Речь идет об ИИ-агентах, которые теперь будут запускаться не в удаленном дата-центре, а локально, на ноутбуке, ведь, по сути, он оборудован тем же «железом», что обслуживает облачные инфраструктуры ИИ. По мнению Nvidia, наступает эра, где человеку больше не надо осваивать сложные профессиональные программы и часами сидеть за компьютером. Вместо этого достаточно дать задание агенту: он создаст скелет проекта в одном приложении, доработает в другом и завершит уже в третьем. Пользователю нужно лишь указывать верное направление. 

Идея исключительно амбициозная и звучит фантастически, но вполне вероятно, что это и есть новая ветвь развития вычислительной техники. И примечательно тут то, что в ее фундаменте — ARM, а не x86, которая 40 лет ассоциировалась с полупроводниковым прогрессом.

Дата-центры и ARM: как ватты экономят деньги

Тенденции потребительского рынка ясны: ключевые игроки этого сегмента пытаются переосмыслить классическую архитектуру компьютера. Пока это воспринимается как серия удачных экспериментов отдельных компаний, каждый делает по-своему, но все выбирают ARM. Однако чтобы понять, куда движется глобальная индустрия, стоит обратиться к серверной инфраструктуре.

Если раньше главным критерием при ее проектировании была максимальная производительность вычислительной платформы, то сегодня на первый план выходят другие метрики. Энергопотребление и отсюда — стоимость вычислений, плотность размещения серверов в стойках, затраты на охлаждение и масштабируемость. 

Все эти аспекты всплыли на поверхность вместе с бумом искусственного интеллекта, поскольку развертывание моделей, их обучение и обслуживание миллионов запросов ежеминутно требуют колоссальных ресурсов. В таких масштабах экономия всего нескольких ватт на одном сервере превращается в выгоду, исчисляемую миллионами долларов. Поэтому практически одновременно, независимо друг от друга, крупнейшие технологические корпорации начали разрабатывать собственные ARM-процессоры. Компания Amazon развивает семейство Graviton, Google — Axion, Microsoft — Cobalt, Alibaba — Yitian, Oracle предлагает ARM-инстансы на базе Ampere, а Nvidia строит ИИ-инфраструктуру вокруг Grace. 

Если бы такой путь выбрал один бренд, это можно было бы назвать экспериментом, две — совпадением. Но когда к единому решению приходят практически все мировые лидеры облачных вычислений, речь идет о фундаментальной перестройке отрасли.

Один за всех и все за одного: Intel и AMD на страже x86

Открытые данные подтверждают, что новый подход работает. Популярный сервис Pinterest после миграции части инфраструктуры на AWS Graviton сообщил о сокращении расходов на вычисления на 38% при одновременном снижении углеродных выбросов более чем на 60%. В Google заявляют, что ARM-процессоры Axion достигают до 65% лучшего соотношения производительности на единицу стоимости. Представители Alibaba в своем отчете пишут, что процессоры Yitian 710 обеспечивают около 20% прироста производительности при 50% выигрыше в энергоэффективности.

Тем не менее большинство отраслевых аналитиков не спешат «хоронить» x86-системы. По данным IDC (International Data Corporation), они все еще удерживают 52% мирового серверного рынка в денежном выражении, а выбор ARM гиперскейлерами обуславливается не «отсталостью» CISC, а необходимостью выбирать конкретную архитектуру под конкретную задачу. Другими словами, речь идет не о глобальном переходе с одной архитектуры на другую, а о начале эпохи их сосуществования и равной конкуренции.

Это понимают и в Intel с AMD, поэтому с целью защитить архитектуру впервые с момента основания компании объединили усилия для развития, упрощения и защиты x86. Это беспрецедентное событие, поскольку исторически Intel и AMD работали над архитектурой параллельно, в условиях жесточайшей конкуренции.

Сегодня под натиском платформы ARM, которую невозможно продолжать игнорировать, они создают последний бастион — альянс под названием x86 Advisory Group, в которую также вошли Microsoft, Google, Lenovo, Broadcom, Dell, HP и Oracle. Главная цель — сохранить конкурентоспособность x86 в условиях стремительного развития ARM.

Первые результаты уже есть: согласовано несколько единых стандартов для будущих поколений x86-процессоров — от новых инструкций для высокопроизводительных вычислений до механизмов повышения безопасности и унификации архитектуры.

Новый полиархитектурный мир

На протяжении почти полувека вся компьютерная индустрия развивалась вокруг одной архитектуры, и до тех пор, пока закон Мура непреложно работал, прогресс давался сравнительно легко. Каждые два года уменьшался техпроцесс, росла плотность транзисторов, а вместе с ней — производительность процессоров.

За последние пять лет действительность стала резко другой: каждый новый нанометр дается все сложнее и дороже, но при этом не несет существенного роста производительности. Именно поэтому последние несколько поколений флагманов от Intel, AMD и Nvidia уже не впечатляют так, как раньше. Покупатель давно не видит больших скачков скорости вычислений, все чаще получая 5–10% за непропорционально высокую стоимость. 

Это явно указывает на то, что старые подходы постепенно перестают работать, и индустрия, наконец, приняла это. Теперь главный вопрос при проектировании систем не то, как выжать еще пару сотен мегагерц, а как максимально оптимизировать уже имеющиеся под рукой инструменты.

По этой причине начался глобальный сдвиг в сторону SoC и ARM, размываются четкие границы между CPU и GPU в системах. Но главное, архитектура больше не определяет устройство — наоборот, устройство начинает определять архитектуру. И вполне вероятно, через какое-то время Apple M1 войдет в историю не просто как удачный процессор для ноутбуков, а как чип, открывший новые горизонты кремниевой эры человечества.